Путевые зарисовки впечатленки

Дом Бурганова
mizhanu
Около арбатские улочки и переулки обладают магией. Вчера бежал-бежал, к примеру, по какому-нибудь Сивцеву Вражку или Большому Афанасьевскому, и ничего в глаза не бросалось. А сегодня шел по своим планам, сократил путь, прошмыгнул по улочке, да и застрял на пол дня. Со мной уже не в первый раз эти места играют в прятки-показки, я привыкла.
Но по порядку.
Накануне очередного около арбатского зазеркалья я прекрасно проводила вечер — мой московский приятель выгуливал меня в Китай-городе, рассказывая истории о жителях и событиях. Рассказывал он талантливо, сначала истории душевные, потом тревожные, затем истории со страстями, а под конец — душераздирающие. При этом он периодически тащил меня за руку в подвернувшийся подвальчик выпить пива, и под кружку продолжал нашептывать, тягуче сгущая краски. В итоге, когда мы дошли до подворья Малюты Скуратова, я была такой "тепленькой" эмоционально, что мне можно было вдуть в уши вообще любую ерунду, я своими нервными окончаниями ощупывала каждый дом, двор, уголок, воображение рисовало картины одну смачнее другой. Погружение было полным. Кстати, уже после, я не проверила ни одну рассказанную мне историю, так что не знаю, сколько мой товарищ приврал ради красного словца. И не буду проверять, зачем портить такие шикарные воспоминания.)
На Арбат мы пошли с той же целью — найти аутентичные островки, расслоить улочки на эпохи, нащупать физически и душевно былое. Мы шли без четкого плана, на ощупь, интуитивно выбирая, куда свернуть — налево или направо. Новые дома я не замечала, мой локатор был настроен не на заплатки современности, а на отзвуки, отголоски вех. Надо сказать, что словить это ощущение удалось без труда, арбатские переулки могут порадовать ищущего.
И вот, довольная прогулкой, я завернула за очередной угол и застыла.
Из-за забора на меня нагло смотрела с постамента тонкая женская фигурка-стрекоза, изящно сложив ножки и уложив крылышки за спиной. А за ней я уловила нечто белое и сюрреалистическое — то ли нога, стоящая на руке, то ли рука на ступне, с длинными нервными пальцами. Скульптуры были так хороши, так современны, так сегодняшни, что мой локатор коротко пискнул и отключился.
Заглянуть в Дом БургановаCollapse )

Атмосферные задворки Крещатика
mizhanu

Киев. Мой родной город. Данный мне с рождения, привычный, знакомый. Мое сердце проделало определенную работу, прежде чем научилось любить его. Вот уж не знаю почему, но с самого детства мне Киева было мало, я смертным любом обожала Москву и постоянно мечтала о Европе. Город мне казался слишком широким и пустым, слишком помпезным в центре и неуютным на окраинах, я не видела в нем гармонии. Киев постепенно открывался мне, впускал. Я взрослела, жажда далеких поездок делалась менее острой, душа познавала жизнь, и Киев однажды тронул мое сердце. Любовь случилась. Теперь меня в выходные можно найти на его улицах, я неустанно вожу за руку своих знакомых полюбоваться новыми киевскими памятниками, скульптурками, отреставрированными аллейками в парках, открывшимися музеями. И родной город может удивлять, удивлять неожиданно.
Последнее удивление случилось совсем недавно, в желтеющем сентябре. Я искала в интернете на киевских сайтах, что нового появилось в городе, пока я блуждала землями Австрии. Нового оказалось много — от граффити до мозаичных скульптур нашего любимого скульптора Константина Скретуцкого, усилиями которого город как конфета заворачивается в чудесную обертку.
В родном городе у каждого человека есть любимые места и есть те, мимо которых он проносится по необходимости. Для меня нелюбимое место — Крещатик. Он был разрушен во время войны и отстроен после в едином стиле. Сталинский ампир его домов хорош, но не до конца. Домам не хватает высоты и утонченности декора, улица излишне просторна, что хорошо для парадов, но плохо для уютного взгляда на него из-под навеса кафешки.
Читать дальше о потайных задворках КрещатикаCollapse )
Tags: ,

Киев помнит войну...
mizhanu

Прошло ровно 70 лет с того дня, когда Киев был освобожден от немецких войск. Именно сегодня, 6-го ноября. Город заполнен плакатами с лицами людей, которые воевали, которые участвовали в операции по освобождению. Это именные плакаты. Очень пожилые люди, надевшие для фотографа пиджаки с орденами. Зачастую наград так много, что невольно становится жалко стариков....тяжело наверное держать спину. И я не могу представить тот ужас, которые они пережили тогда, во время войны.
Я могу лишь прикоснуться воспоминаниями родителей, детство которых пришлось на войну. Кинофильмами, многие из которых я люблю навечно, как например, "Летят журавли", "В бой идут одни старики", "Женя, Женечка и катюша". Песнями Вадима Егорова и Александра Дольского. Своими снами, потому что война мне снится с детства.
Прапамять поколений...
В этой заметке я хочу показать лучшие военные памятники, давно или не очень застывшие на киевских улицах, склонах и парках.
Увидеть память в камнеCollapse )
Tags: ,

Панорамная альпийская дорога Гросглокнер
mizhanu

Самой высокой горой Австрии является гора Гросглокнер (3798м) и расположена она между Каринтией и Тиролем. У ее подножия лежит ледник Пастерце, также самый большой в Австрии. Длина его 9 км.
И к этим заманчивым австрийским достопримечательностям ведет удивительная дорога — панорамная дорога Гросглокнер Хохальпенштрассе (Großglockner-Hochalpenstraße).
Удивительна дорога прежде всего историей своего строительства.
Первая мировая война, неурожай 1918-го года и экономический кризис, нарастание национальных споров и конфликтов привело к тому, что Австро-Венгерская империя рухнула. Австрия лишилась Венгрии, Чехии, Словении, Боснии и Герцеговины, Далмации и Истрии, Южного Тироля, Западной Украины, части Польши и Румынии. Как итог — потеря международных рынков, инфляция, падение объема производства на четверть.
Проект высокогорной дороги должен был дать работу больше чем трем тысячам безработных и обеспечить в будущем доход от платы за проезд по ней.

Проехаться по дорогеCollapse )

?

Log in